Русская Православная Церковь (РПЦ) с самого начала решительно отвергла и не признаёт томос об автокефалии Православной церкви Украины (ПЦУ), выданный Константинопольским Патриархом Варфоломеем в январе 2019 года. Эта позиция не является политической или ситуативной, но базируется на строгом толковании церковных канонов, святоотеческого учения о природе Церкви и защите её догматической чистоты. Действия Константинополя оцениваются как антиканонические, экклезиологически порочные и несущие угрозу единству мирового Православия.
Ключевые документы, выражающие официальную позицию РПЦ:
· Постановление Священного Синода от 15 октября 2018 года: Констатировало «разрыв евхаристического общения» с Константинопольским Патриархатом в связи с действиями, «посягающими на канонические устои Православной Церкви».
· Заявление Священного Синода от 15 сентября 2022 года: Утверждало, что Константинополь «окончательно утрачивает» право именоваться «Координационным центром» Православия, в связи с чем РПЦ прекращает поминовение Патриарха Варфоломея за богослужением.
· Многочисленные выступления Патриарха Кирилла, где даётся детальная каноническая аргументация, подчеркивающая узурпацию власти, нарушение соборности и легализацию раскола.
- Богословско-каноническая аргументация РПЦ
А) Нарушение принципа неприкосновенности поместных Церквей и канонических территорий.
РПЦ утверждает,что Константинополь вторгся на чужую каноническую территорию. Украина исторически и канонически входит в юрисдикцию Московского Патриархата с 1686 года, когда переход Киевской митрополии был благословлён соборным решением Константинополя и подтверждён грамотами. Это основано на:
· 2-м правиле II Вселенского Собора и 28-м правиле IV Вселенского (Халкидонского) Собора, чётко определяющих границы юрисдикций. Единоличные действия Константинополя на территории другой автокефальной Церкви — грубое нарушение этих правил.
· Святитель Василий Великий в 1-м каноническом правиле осуждает «перескакивание» через установленные «границы» как действие, производящее беспорядок.
Б) Отвержение претензий Константинополя на единоличную власть над «православной диаспорой» (территориями за пределами традиционных поместных Церквей) и право дарования автокефалии.
РПЦ отвергает расширительную интерпретацию28-го правила Халкидонского собора как дающего Константинополю такие исключительные права. В православной экклезиологии автокефалия даруется соборным решением всей Полноты Церкви, а не одной кафедрой. Это отражает принцип соборности (кафоличности), восходящий к 34-му Апостольскому правилу о решении важных дел «по рассуждению всех». Действия Константинополя расцениваются как проявление «папизма на восточный лад» — присвоение себе несвойственных Православию монархических прерогатив.
В) Легализация раскола в нарушение канонов о его исцелении.
Самый весомый аргумент РПЦ— Константинополь не просто создал новую Церковь, а легализовал существующий раскол, приняв в общение без должного покаяния отлучённых ранее раскольников. Это прямо противоречит канонической практике:
· Правила I Вселенского Собора (1-е, 8-е), Карфагенского Собора (68-е, 74-е) и, особенно, свт. Василия Великого (1-е, 47-е) предписывают строгий чин приёма в Церковь отпавших через раскол или ересь, часто требующий перерукоположения и отречения от заблуждений.
· Ключевой аспект: недействительность рукоположений, совершённых извергнутым из сана. Руководитель раскола Филарет (Денисенко) был извергнут из сана Архиерейским Собором РПЦ в 1997 году. С канонической точки зрения он лишился благодати священства и стал мирянином, находящимся под запретом. Действует непреложный принцип: «Не имеющий сам, не может дать другому» (Nemo dat quod non habet). Поэтому все «хиротонии», совершённые им после 1997 года, являются благодатно-бездейственными и юридически ничтожными. Лица, «рукоположенные» им или его преемниками, не являются священнослужителями, а совершаемые ими «таинства» — недействительными. Принятие Константинополем такого клира «в сущем сане» означает пренебрежение канонами и признание мнимой благодатности, что является серьёзным догматическим искажением.
- Экклезиологические последствия с точки зрения Русской Православной Церкви
Действия Константинополя расцениваются не как административный спор, а как экклезиологическая ошибка, угрожающая основам Православия:
- Релятивизация таинств и священства: Признание «благодатности» раскольнических групп подрывает объективное понимание Церкви как единственного носителя спасительной благодати и действительности таинств.
- Подмена канонического порядка политической целесообразностью: Решение церковного вопроса под прямым давлением светских властей ставит под угрозу независимость Церкви.
- Раскол мирового Православия: Создание параллельной юрисдикции на канонической территории РПЦ привело к глубочайшему кризису, разрыву евхаристического общения между крупнейшими Церквами и разделению всего православного мира.
Богословский взгляд Русской Православной Церкви можно резюмировать как верность канонической истине перед лицом церковно-политического волюнтаризма. Томос Патриарха Варфоломея рассматривается как акт, который:
· Антиканонически вторгся в чуждую юрисдикцию.
· Легализовал раскол, поправ святоотеческие правила о его исцелении и признав безблагодатное лже-священство.
· Узурпировал соборные полномочия, продвигая модель «восточного папизма».
· Политически мотивирован и ведёт к расколу мирового Православия.
Для Русской Православной Церкви этот вопрос — вопрос верности святоотеческому преданию и каноническому строю Церкви. Восстановление общения и единства возможно лишь через отказ Константинополя от этих антиканонических действий и возвращение к принципам соборности и братских отношений между автокефальными Церквами.